Ощущается лишь угрюмая тоска, которая поселилась, кажется, навсегда. Ничто не интересно: ни любимые занятия, ни еда, ни природа, ни друзья — вся жизнь крутится вокруг боли от брошенности, которая иногда переходит в нежелание дальше жить без тех, кто нас отверг. А сверху эту боль накрывают ещё вездесущие стыд (за то, что ты оказался таким, что тебя оставили) и вина (за то, что сделал что-то не так или, наоборот, не сделал чего-то, что было «нужно»). Жуткое состояние, из которого хочется вырваться как можно скорее. Поэтому мы с раннего детства на многое готовы, чтобы его избежать. Даже если речь идёт о том, чтобы заставить себя принять форму ложного «я», втиснуться в рамки, совсем нам не подходящие.
Зачастую родительское давление на детей, направленное на то, чтобы они соответствовали ожиданиям, обусловлено неспособностью самих взрослых примириться с собственным несовершенством, поэтому они переносят эту непримиримость на детей. […]